Я жевала и жевала, без перерывов. История женщины из группы анонимных переедающих.

0
95

Едите ли вы, если не голодны? Уходит ли у вас много времени на еду и мысли о еде? Пытались ли вы неделю или дольше соблюдать диету, но прекращали, так и не достигнув цели? Тянет ли вас к еде в определенное время днем или ночью, кроме положенного для еды времени? Едите ли вы, чтобы спрятаться от волнения и тревог?Узнаете себя? Возможно, у вас пищевая зависимость. Не стоит отчаиваться. В Кыргызстане есть группа и для вас — «Анонимные переедающие» (АП). Выздоравливают зависимые от еды по той же 12-шаговой программе, что и «Анонимные алкоголики». Пока в группе не так много участников, потому что признать себя переедающим довольно тяжело. Однако без этого выздоровления не наступает. 

В программу АП я пришла из другой программы – созависимых. Там я прошла 12-шаговую программу, и меня перестало тянуть к мужу-наркоману и подобным товарищам. Однако у меня началась пищевая зависимость: я ела и не могла остановиться. У меня отец пил, был вспыльчивым, злобным. Он бил меня (не сильно, брата сильнее) за какие-то проступки, наказывал. И морально унижал, оскорблял. Когда в детстве к девочке так относятся, она это в будущем воспринимает как норму взаимоотношений в семье. Причем в детстве я говорила, что никогда не буду с таким жить. И выбрала себе мужа еще хуже – наркопотребителя, вышедшего из тюрьмы. Привыкшие в детстве к страданиям выбирают людей, с которыми они будут страдать. Мы зависимы от получаемых эмоций, страхов, переживаний. И нам кажется, что в этом жизнь: милиция, мигалки, кризисные центры… Решая проблемы мужа, я создавала себя иллюзию, что могу что-то контролировать в жизни, хотя это не так. Сознанием ты понимаешь, что это плохо, ты — жертва. Но ничего не делаешь, чтобы выйти из этого порочного круга. Я дошла до дна. Лишь через 10 лет я ушла от мужа. Последний раз он меня так сильно избил, что я поняла, что еще чуть-чуть — и меня не станет, сын останется без матери. У нас в стене был крюк, и он пригрозил, что ударит об него меня головой. И я верила, что он это сделает. Это меня встряхнуло, включился инстинкт самосохранения. То есть выздоровление приходит тогда, когда уже доходишь до дна и признаешь, что уже ничего не можешь сделать с зависимостью, она тебя убивает. 

И вот, избавившись от одной зависимости, я приобрела другую – пищевую. Я жевала-жевала-жевала, у меня не было перерывов. Я постоянно подъедала что-нибудь. Если лежал пакетик с орешками, то я не могла их оставить, и пока не съедала весь – не успокаивалась. У меня пошел жор на сладкое. Я не могла готовить, пропускала завтрак и обед, но чай с конфетками и печеньками был обязательным. Я стала так много есть сладкого, что появился страх заболеть сахарным диабетом. Две моих бабушки страдали этим заболеванием. Я стала бояться, что нажру себе диабет, но остановиться не могла. Те инструменты, которые я для себя выработала по программе созависимости, тут перестали работать.

Я поняла, что и здесь мне нужно искать себе наставника по программе «Анонимные переедающие». Наставницу нашла не сразу. Получилось интересно: я сначала себе одного наставника нашла – девочку, которая рекомендовала мне купить весы и взвешивать все в граммах. Я их купила. Это было какое-то сумасшествие. И для меня ее советы оказались неприемлемыми, в итоге мы расстались. Вторая была чуть-чуть сектанского направления, в том плане, что группа была обособленной и закрытой. В других группах для нас нормально, что участники разных групп друг к другу в гости ходят, общаются. К нам приходят алкоголики, например. А эта наставница настаивала, что нужно отрезать все связи с представителями других групп и общаться лишь внутри АП. Так я рассталась и с ней. И третья наставница – девочка из Питера нормально меня провела по программе. У меня прошло это состояние, когда я не могла оставлять еду на тарелке, не могла выкинуть еду, которая три дня стояла в холодильнике – мне нужно было ее обязательно доесть и так далее.

Стыдно было не доедать. Я росла в обычной советской семье госслужащих. Мы жили небогато, но не голодали: питались макаронами, субпродуктами. Обжираться было принято на всякие праздники, причем чтобы аж стол ломился. То есть никто меня не закармливал. Почему у меня образовалась пищевая зависимость, я не знаю. Никто не может дать конкретный ответ на этот вопрос. Хотя у нас в семье не принято было выкидывать еду. Всегда говорили: «Доедай! Что ты там оставляешь?» Мне было стыдно не доедать. Для меня был прогресс, когда я в кафе заказала еду, наелась и недоеденное осталось, потому что у меня не только выработанный в детстве рефлекс включался, но и то, что я за эту еду деньги заплатила и теперь нужно все это в себя запихнуть. Какое-то абсолютное безумие. И только потом у меня начались здравые мысли, что у меня в организме не помойное ведро, чтобы все туда складывать. Постепенно это здравомыслие приходит. Позавчера я выкинула творог, который лежал в холодильнике несколько дней. Мысль о том, чтобы его съесть, я поборола. У меня прошел страх голода или как его назвать? Уже могу делать перерывы между едой, с августа я не ем сладкое, и для меня это нормально, меня не колбасит. Раньше я могла терпеть-терпеть, сорваться и съесть. Еда как «спасение» от личной жизни

Постепенно приходит осознание, потому что идет проработка обид и страхов. Что лежит в основе переедания? Это заедание каких-то негативных эмоций, страхов. Когда у меня происходили срывы? Накануне важных событий я нервничаю и хомячу. То есть таким способом я себя обезболивала, расслабляла и успокаивала. К тому же так проявлялся мой страх перед мужчинами: подсознательно шла мысль, что если я буду толстая, то меня никто не заметит, я мимикрирую. К тому же переедание у меня было связано со страхом безденежья. То есть я видела, что, когда у меня деньги появляются, я их вбухиваю в еду, начинаю есть и не могу себя остановить. На работе у меня стали падать показатели. Я поняла, что это «охранительное торможение» включается: чем меньше я зарабатываю, тем меньше могу потратить на еду. Как только я это осознала, у меня эта проблема ушла: я стала больше зарабатывать и не спускать все средства на еду. Сейчас я могу зайти в магазин и выбрать то, что мне нужно, а не хватать все подряд, как раньше.

Я научилась себя принимать. У меня появилось желание готовить, есть здоровую пищу. Я пошла на йогу. Раз в неделю я голодаю. Я похудела, но (!) эта программа не про похудение, а про то, как исправить больные мозги. Однажды наставница меня спросила: «У тебя еще есть иллюзия, что если ты похудеешь, то станешь счастливой?» Я сказала, что да. А когда похудела, но еще у меня была сильная зависимость от еды, то счастливой я не была, хотя мне говорили, что я классно выгляжу и похудела. А у меня в голове все равно свистопляска, что я себя не люблю и не принимаю. Ведь по сути вся 12-шаговая программа о том, как себя полюбить и принять. И только тогда, когда это случилось, ты можешь принять другого человека: родителей, мужа и так далее.

И постепенно это приходит. Мне нравится это ощущение, что я могу не переедать. Раньше я вообще не могла без шоколада. Сейчас спокойно могу смотреть, как его при мне едят. Стала равнодушна к шоколаду, хотя казалось, что это невозможно. Но это только благодаря программе. До попадания в программу у меня было ощущение, что я не жила. Все стало по-другому: я лучше выгляжу, больше зарабатываю, больше люблю и ценю себя. У меня поменялось качество жизни. К примеру, хотя до этого я постоянно ела, я не чувствовала вкус еды, она казалась поролоновой. Радость от еды я тоже не ощущала. Как будто в забытьи каком-то.

Сейчас я наслаждаюсь вкусом еды, люблю и уважаю себя!

Алтынчач, компульсивно-переедающая г.Бишкек